Из партнеров – в «сложные соседи»
Член РАПК, руководитель агентства «Стратагема» Роман Черемухин – о кризисе в российско-армянских отношениях.
Отношения Москвы и Еревана вошли в стадию «контролируемого демонтажа». Отказ Пашиняна от поездки в Астану подтверждает, что Армения дистанцируется от евразийских институтов, сохраняя их лишь как техническую базу для выживания экономики.
Развитие кризиса пойдет по сценарию «медленного размежевания». Россия не будет выталкивать Ереван из ЕАЭС, чтобы не дать повода для обвинений в агрессии. Вместо этого нас ждет тактика «экономического принуждения к ясности»: пересмотр преференций, ужесточение условий по энергоносителям и сокращение логистических льгот. Это прагматичный способ сделать «европейский выбор» Армении максимально дорогим и болезненным.
Сценарий «системных изменений» подразумевает переход к формату сухих межгосударственных отношений. В этой модели Ереван остается в союзах, пока это выгодно, а Россия постепенно снижает уровень дотаций, дожидаясь момента, когда риторика Еревана столкнется с реальностью пустой казны. Это игра на истощение: европейские гранты не способны в полной мере заменить российский газовый и продовольственный субсидиарный зонтик.
Пашинян оказался в ловушке. Откладывая референдум и не выходя из ЕАЭС официально, он пытается усидеть на двух стульях, но «зазор» между ними стал критически узким. В условиях предвыборной кампании это подается как «суверенный курс», но по факту является попыткой переложить ответственность за разрыв отношений на Москву. Кремль не намерен играть по этим правилам, навязывая прозрачные условия: либо преференции, либо «европейский путь».
Поэтому российско–армянские отношения в ближайшие полгода пройдут точку невозврата, превращаясь из партнерства в формат «сложного соседства с особыми условиями». Россия переходит к модели жесткой прагматики: никаких авансов и «союзнических скидок» без четких гарантий политического курса. Еревану предстоит доказать, что его экономика способна функционировать вне российского рыночного периметра, и этот тест станет главным политическим испытанием для правительства Пашиняна.
