Европейские политики открывают еще один фронт
Экономический обозреватель журнала «Монокль», ведущий канала «Графономика», эксперт Центра ПРИСП Евгений Огородников – о начале торговой войны между Европой и Китаем.
Исторические аналогии «Крымская война — Опиумные войны» здесь неуместны, ибо смешны: Европа уже давно не торт, да и Китай далеко не тот.
Проиграв военное противостояние с Россией на Украине, европейские политики открывают еще один фронт. Теперь торговый. Против Китая. Итак, 9 октября еврокомиссар Марош Шефчович объявил о сокращении китайских поставок гибридных автомобилей в ЕС вдвое. Объявив новое направление европейской политики: китайскую конкуренцию пытаются остановить на таможне.
Уже в ближайшие недели под европейские квоты могут попасть продукция фармацевтики, авиастроения, автомобили, станки и химия. Именно эти отрасли перечислены в совместном письме канцлера Германии Фридриха Мерца и президента Франции Эмманюэля Макрона руководству Еврокомиссии. Лидеры требуют новых инструментов быстрой защиты рынка.
«Масштабный промышленный шок затрагивает отрасли, лежащие в основе европейской промышленной модели и имеющие системное значение», — пишут Мерц и Макрон.
А ведь еще совсем недавно свободная торговля считалась универсальным рецептом процветания. Теперь, когда конкуренцию выигрывает Китай, рецепт решили переписать.
Но квотирование поставок продукции из Китая не решает главной европейской проблемы: оно не возвращает дешевую энергию. По данным МЭА, в 2025 году электричество для энергоемкой промышленности ЕС стоило более чем вдвое дороже, чем в США, и почти на 50% дороже, чем в Китае. Такой разрыв приходится оплачивать из маржи — или перекладывать в цену.
А ведь китайское преимущество не только в дешевой рабочей силе. Масштаб производства, плотные цепочки поставщиков, скорость обновления продукции. Европейцам все труднее конкурировать и по цене, и по технологиям. И вот на этом фоне Европа решила показать козью морду китайским производителям.
Только Пекину для ответа необязательно вообще напрягаться. Достаточно затянуть выдачу лицензий на редкоземельные материалы и магниты. В 2024 году на Китай приходилось 91% мировой переработки магнитных редкоземельных элементов и 94% производства спеченных постоянных магнитов, по оценке МЭА. Ограничения 2025 года уже вынуждали автопроизводителей сокращать выпуск и временно останавливать заводы в Европе.
У Китая есть и газовый рычаг. В 2022 году слабый спрос внутри Китая и перепродажа китайскими компаниями партий СПГ помогли Европе получить дополнительные объемы энергии. Если Китай просто начнет выкупать газ для себя, европейцам придется несладко уже в ближайшие недели. То есть Китаю даже не нужны санкции или демонстративные торговые ограничения.
В общем. Европа входит в новую торговую войну с опасно слабой позицией. Можно ограничить китайский автомобиль на границе. Гораздо сложнее собрать собственный без китайского магнита — и продать его с европейским счетом за электричество.
