Когда насилие воспроизводит себя: вызов для Европы
Заместитель директора Центра ПРИСП, член РАПК, автор канала «Телеграбля», директор ИА «Ньюсрум24» Валерий Прохоров – о массовых беспорядках во Франции и Италии.
Минувшие выходные обернулись для Франции и Италии масштабными беспорядками. Сотни тысяч людей протестовали против дороговизны жизни, низких зарплат и деградации государственных услуг. Мирные демонстрации местами переросли в столкновения с полицией, поджоги, разграбление магазинов. Париж, Марсель, Лион, Милан, Турин, Болонья – география впечатляет. Но ещё интереснее состав участников беспорядков: рядом с обычными протестующими действовали группы молодых людей в масках, зачастую совершенно не связанных с организаторами демонстраций.
Здесь важно разделить причину, повод и цель происходящего. Социальное недовольство совершенно реально, а поводом для его выхода на улицу становятся конкретные решения властей и действия полиции. Но погромы имеют собственную логику. Среди их участников оказываются политические радикалы, криминальные элементы и молодёжь, для которой столкновение с государством становится самостоятельной формой протеста. У первых есть политические цели, у вторых – корыстный интерес, у третьих зачастую вообще нет внятной программы. Объединяет их возможность действовать под прикрытием массовых демонстраций. Причём внешняя организованность насилия ещё не доказывает существования единого руководящего центра.
И вот здесь, на мой взгляд, обнаруживается куда более серьёзная проблема для европейских властей. В обществе накопилось столько раздражения, что любой достаточно массовый протест становится благоприятной средой для политического радикализма, молодёжного бунта и обыкновенной уголовщины. Государство может договариваться с профсоюзами, партиями, организаторами демонстраций. Но с кем договариваться, когда насилие начинает воспроизводиться самостоятельно, без политических требований, руководителей и даже конкретных организаторов? Похоже, европейская улица постепенно осваивает именно эту модель. И для власти она гораздо опаснее привычного организованного протеста.
